aikido dojo
О нас| Контакты| |In English
aikidoвиртуальноедодзе

Книги, видео

Книги по Айкидо Статьи про Айкидо Словарь терминов (файл pdf) О японской транслитерации
OSMAS.com.ua - Школа боевых искусств Александра Синегуба. Занятия Айкидо, Иайдо, рукопашного боя. Статьи о единоборствах, фото, видео, история. Расписание занятий. Контакты. Итернет магазин
Айкидо Есинкан. Додзе Киев МисогиРазработка web-сайтов, web-дизайн, решения интернет-бизнеса, системы управления контентом. Киев, Украина
Locations of visitors to this page
Вернуться к списку книг

Злые белые пижамы

Роберт Твиггер

1 Настоящий мужчина в эпоху Hинтендо
2 Взгляд новичка
3 Общение с людоедами
4 С пеной у рта
5 Полицейская Академия
6 Дзен и Искусство быть очень-очень злым
7 Вызов
8 Хороший полицейский, плохой полицейский
9a Самое жаркое лето с 1963-го (начало)
9b Самое жаркое лето с 1963-го
(окончание)
10a Драка на похоронах (начало)
10b Драка на похоронах (окончание)
11 Плохие парни со стильными прическами


Общение с людоедами

"Нужно всегда носить с собой румяна и пудру.
Может случиться, что после отдыха или сна человек выглядит бледным.
В таком случае следует нарумянить себе лицо."
Хагакуре ...

Мистер Вада обладал четвертым даном по кендо, японскому искусству фехтования, и преподавал английский и кендо в школе. Мы сидели в учительской, пили зеленый чай и разговаривали о ки.
- Ки находится в наших телах, - говорил М-р Вада.- И во вселенной. Это очень сложная вещь.
- А можно увеличить свое ки? - спросил я.
- Мы, японцы, - начал М-р Вада,- это была одна из его любимых фраз в начале речи и была прямым переводом с японского. Я стиснул зубы. - Мы, японцы, верим, что ки - это переменная величина. У человека с плохим здоровьем низкое ки.
- Может ли ки быть другим словом для физического здоровья?
- Я думаю, что ки связано со здоровьем, но ки очень сложно понять.
- Да, - сказал я, хотя мне ки не казалось чем-то особенно сложным для понимания.

Я предполагал, что Вада имел ввиду некую разновидность витализма, представляя ки в качестве основной энергии во вселенной. Ки давало людям их энергию и также оживляло вселенную. Когда течение ки было заблокировано, энергия растрачивалась или рассеивалась - именно это происходило во время болезни. Айкидо стремилось способствовать совершенному течению энергии ки, хотя когда спрашивали Чида-сенсея о ки, он брал ключ от шкафчика и говорил: "Вот это ки! На, возьми немножко ки!" ("ки" по-английски значит "ключ" - прим. пер.)

- А как ваше ки? - я спросил М-ра Вада.
- Мое ки очень хорошо, спасибо, - отвечал он. Мы погрузились в молчание.
- Американцы не понимают ки, - сказал он через некоторое время.
- Нет, не понимают, - я всегда абсолютно соглашался с осуждением американской культуры. Мне и казалось, что он хотел критиковать весь Запад, но из политической корректности останавливался на Америке.
- Если бы они правильно понимали ки, у них не было бы такой проблемы с наркотиками и преступностью.
- Гм, да.
- Они не видят, что ки требует дисциплины. У Соединенных Штатов нет дисциплины.
- Вы правы, - сказал я.
- А как у вашей страны? - сказал он.
- Да и у нас ее нет, - сказал я жизнерадостно. По какой-то причине М-р Вада вызвал во мне желание пошутить.
- Но в айкидо вы учитесь дисциплине,- сказал он.
- Да, в айкидо мы учимся дисциплине. Затем я вспомнил, что Вада сказал одному из учителей, что мои рубашки не всегда были безупречно чистыми. Как-то это не вписывалось в мои притязания насчет дисциплины.
- Но это больше, чем просто дисциплина, - сказал я, - Это больше.

Канчо-сенсей, основатель, редко говорил о ки. Вместо этого он говорил о силе кокю - дыхательной силе. Однажды на пути домой из додзе Пол, полицейский, предложил показать мне местную достопримечательность, которая имела какое-то отношение к силе кокю Канчо.

- Вот это - фонарный столб, - сказал Пол. Мы стояли перед фонарным столбом на спуске с холма, где было додзё.
- Тот самый, в который Канчо-сенсей врезался на своем велосипеде.
Я посмотрел на столб с повышенным интересом. На нем не было ни вмятин, ни царапин, которые подтвердили возможность столкновения с величайшим живущим практикующим айкидокой. Хотя он выглядел так, словно недавно был перекрашен в светло-зеленый цвет, столь любимый токийским департаментом общественных работ. - Это было давно, где-то в начале семидесятых, - добавил он.
У Пола появилась ироничная искорка в глазу - сочетание немного приподнятой брови и едва уловимой улыбки, которую принимали все уроженцы Запада, когда пересказывали чудесные истории о Канчо-сенсее. Не то чтобы в аварии было что-то чудесное.
- Вообще-то, - сказал Пол, - у Канчо была настолько замечательная сила бедер, что в тот самый момент, когда он въехал в столб, он вложил полный вес тела через велосипед в обратном направлении и отскочил абсолютно без каких-либо повреждений.
Я был готов признать теоретическую возможность такого действия. В конце концов, я видел как от Чида-сенсея "отскакивали" люди в результате приложения концентрированного напряжения силы бедер через плечи и спину - почему, в таком случае, это не могло произойти через седло мотоцикла и руль? Хотя, насколько я представлял, большинство японских велосипедов должно было развалиться от подобного обращения.
- Но почему он вообще въехал в столб? Уж конечно это не свидетельствует о хваленом шестом-чувстве постоянной боеготовности? - спросил я Пола.
- Ну, это произошло после того как он пил со своими друзьями. Он вероятно был пьян в стельку в тот момент.

Все признавали, что Канчо был алкоголиком. Это было частью мифа, как, например, тот факт, что он выкуривал сотни сигарет в день и все еще мог выполнять удивительные трюки физической выносливости. Он был больше всего похож на Тессю из всех людей, что я когда-либо встречал; он разделял пристрастие Тессю к алкоголю, хотя и не был поэтом. Но сейчас ему исполнилось семьдесят восемь, он часто бывал в больнице и весьма вероятно умирал от рака легких. Из уважения к нему, как к основателю школы Есинкан, его прижизненной связи с мастером Уесибой, к его десятому дану и как к величайшему из ныне практикующих боевые искусства, уж не говоря о том факте, что, обладая скверным характером, он вполне мог убивать людей голыми руками - никто не говорил открыто о его болезни. Иногда люди перешептывались на кухне додзе о его здоровье, но не более того.
...

Я видел Канчо только один раз, и то со спины - меня оттеснили кланяющиеся учителя, когда он пришел в последний раз посетить додзе. Он был очень слаб и его официальный темный костюм был крошечным, словно сшитым на ребенка.

Один из ведущих иностранных учителей, Роберт Мастард, любил задавать один вопрос, чтобы сбить с толку доверчивых новичков: "Какая самая важная вещь в Есинкан-айкидо?" Был только один ответ: "Дух". Мастард обладал огромным духом. Если новичок показывал дух, было неважно, если его техника была плоха. Черные пояса третьего-четвертого уровня в отсутствии духа были бы просто проигнорированы Мастардом. Он просто отказался бы их учить. ...

- Ты знаешь, однажды я бросил айкидо? - сказал он мне... Мой голос не всегда звучал как мой собственный, когда я разговаривал с Мастардом. Он звучал фальшиво, даже для меня самого.
- Почему вы бросили? - настойчиво вопросил голос.
- Политика. Я застрял в политике додзе, поэтому почти год не тренировался. Может раз в месяц или реже. Я перестал пытаться заниматься айкидо. Я просто приходил и валял дурака. А потом произошло что-то странное. Внезапно я стал швырять людей без малейшего усилия. В конце концов я понял, о чем шла речь.
Голос определенно подбирал тупейшие вопросы:
- И о чем шла речь? Он улыбнулся, и шлепнул конец изношенного черного пояса на стол. Это был мастардовский способ отвечать на глупые вопросы. Жест означал "тренируйся усердней".
- В тот год я преподавал в младшей высшей школе. Я накопил кучу денег. Я приобрел симпатичную пятикомнатную квартиру. Знаешь, с моим уровнем, если бы я был боксером, я бы уже был миллионером.
- Конечно-конечно, - я кивнул.
- Если бы у меня был сын, я бы не отпустил его в боевые искусства. Я бы отправил его бросать бейсбольные мячи, как только бы он начал ходить.
- Чтобы он заработал миллион!
- Точно. В айкидо нет денег, во всяком случае, если ты честный и хочешь учить людей реальной вещи.
- Понятно, - Реальная вещь - опять эта фраза. Именно этого хотел голос. Быть признанным как реальный.
- И я ведь не молодею. Мне тридцать восемь и все становится сложнее и сложнее. Но с другой стороны, я становлюсь сильнее. По меркам айкидо я сильнее сейчас, чем когда-либо раньше. В этом месте только один человек сильнее меня.

Я задумался, почему он меня пытался убедить. Я уже был "истинно-верующим", о чем и хотел сказать, но голос мне не позволил.
...

Настрой Мастарда был таким же как и у Тессю: "Если нет однозначной решимости, то человек не преуспеет, даже если будет тренироваться годами".

Чида-сенсей теперь был ведущим учителем, с тех пор как Канчо перестал учить, но Мастард был искусным шоуменом. Он знал как вдохновить новичков дав им намек на силу, даруемую айкидо. После занятий он оставался на татами, пока кто-нибудь не задавал ему вопрос. Тогда он звал уке, желающего атаковать, и шоу начиналось. Уке пытался ударить его и Мастард незначительно сдвигаясь в сторону, поворачивался и швырял атакующего на расстояние двух-трeх матов. Это был вертолетный бросок. Или еще Мастард мог мгновенно двинуться навстречу атаке, уклониться от нее и снести уке прямым входом ладонью в его челюсть, передавая достаточно силы, чтобы после падения тело атакующего отпружинило от земли.

У Мастарда была "магия", способность бросать людей довольно сильно и практически без усилия. Канчо-сенсей сказал: "Если айкидо не кажется немного поддельным, то это не реальное айкидо". Эта способность изображать подделку была магией айкидо, способностью использовать всю силу тела, чтобы произвести впечатление потрясающих масштабов. Никаких больших рук, никакой раскачанной груди, просто чувство времени и координация веса тела настолько совершенны, что атакующий будет лежать в потрясении на полу еще до того, как поймет, что его ударили. Это было другим определением "магии" - чувство "а что меня стукнуло", ощущение, что приложенная сила чрезвычайно несоразмерна эффекту, оказанному на атакующего.

Объяснение Тессю волшебных способностей проще: "Пустой разум отражает искажения и "тени", присутствующие в разумах других. В искусстве меча "пустой разум" позволяет нам видеть совершенное место для удара; в повседневной жизни это позволяет нам смотреть в чужие сердца."
...

Мы сидели в ресторане Кена, когда Mастард вытянул свои ноги под малюсеньким столиком и заполнил собой пространство. Кен был гавайским японцем, и его жена управляла рестораном. Они подавали отличную ставриду с ароматным рисом и этот ресторан был единственным в округе, не приправлявшим все аджиномото, японским глутаминатом натрия.

Мастард держал палочку для еды в одной руке, сжимая ее пальцами, так что средний палец находился под палочкой, а все остальные сверху.

"Люди говорят о ки - но что такое ки? В тренировках ведь центральным является не ки, а то, что нужно уметь отдавать все и то, что нужно быть готовым умереть. Когда ты приходишь в додзе, ты должен развивать такую систему мышления."
...

"Если я вижу кого-то, кто не имеет уважения к учителю, я просто уйду. Я не стану учить такого человека. Такено-сенсей ударил бы его, но я просто отойду. Без уважения нет обучения."

Я вспомнил как Фрэнк изобразил легкое недоверие, когда Мастард демонстрировал на нем технику как-то после занятия. Инстинктивно Мастард выполнил технику на Фрэнке в полную несдерживаемую силу. Фрэнк поднял себя с пола, ухмыляясь извинительно и потирая плечо. Прошло около месяца, прежде чем плечо зажило.

Мастард держал свою палочку. "Смотрите" - он легко ее сломал. Я попробовал повторить трюк, но в результате только посадил серьезный синяк на среднем пальце. Палочку легко разломить или разбить, но сломать ее используя только ограниченную силу пальца, а не руки сложно.

"Для этого нет правильной техники," - рассмеялся Мастард, - "только годы тренировок." Затем он сломал две палочки сразу. Потом три. Он ухмыльнулся нашим удивленным лицам и сказал, "Я знаю только одного японского учителя, который мог бы сломать четыре."

В моем понимании Мастард имел героическую черту, которой я давно хотел обладать: эдаким достоинством истинного мачо, которому, мне кажется, он научился у своих японских учителей. Кроме того он был мазохистом, жестким человеком, пьяницей и сентиментальным человеком. Он часто нес ерунду и я знал, что это ерунда - все, что касалось воинского духа и готовности умереть в любой момент - но тогда и там эти слова имели смысл, они заполняли пустоту во мне, сентиментальную бесполезную пустоту созданную годами здравомыслия и предубеждений одевать защитный шлем, когда садишься на велосипед. Это были дикие вещи, и их говорил взрослый человек. Он также был "мастером" - он мог претворить слова в действие. Такие люди обладали серьезной силой и я позже смог оценить всю глубину решения сделать подобного человека своим героем.

Однажды Мастард спросил меня невзначай, не собираюсь ли я пойти на полицейский курс. Я был слишком удивлен, чтобы ответить. В итоге я промямлил "может быть". До тех пор я был уверен, что обязательным требованием для зачисления на курс было обладание черным поясом, если не в айкидо, то по крайней мере в другом боевом искусстве. Мастард имел уже черный пояс третьего уровня, когда восемь лет назад пошел на курс сеншусей.

Начав заниматься айкидо в Японии в штаб-квартире в Токио, я мог проскользнуть через заднюю дверь. Если бы я подал просьбу о зачислении на курс извне Японии, требования были бы более строгими. Но если я продолжу тренироваться усердно (т.е. каждый день в течение следующих шести месяцев), они могут позволить мне попасть на курс гражданской полиции.

Но был ли я достаточно хорош, чтобы выдержать одиннадцать месяцев сложных тренировок, пять часов в день, пять дней в неделю? Я не знал. Я действительно не знал. Я спросил Даррена, бывшего прыгуна из Австралии, который закончил полицейский курс в тот же год, что и Пол. Даррен был таким же крутым, как и все остальные в додзе, но он был открытым и скромным, что упрощало общение с ним по сравнению с Полом. Даррен был одним из шидоинов (ассистирующих учителей) для следующего курса сеншусей. "Если захочешь, то сможешь, - сказал он, - Все именно так. Просто надо захотеть. Имей ввиду, когда я закончил курс, думал, что никогда не смогу бегать, мои колени были в плохом состоянии..."

Студенты курса гражданской полиции были известны как "сеншусей" - проходящие обучение специалисты - и в конце года они получали разрешение на преподавание. Но в течение года к ним относились как к низшим членам додзе. Они лишались статуса обладателей черного пояса и должны были носить белые пояса во время курса как символ смирения. Они должны были чистить туалеты и душевые и чтить учителей как богов.

Метод обучения мало изменился со времен Японской Имперской Армии, духовным приемником которой являлась современная полиция (японская армия или силы самообороны были подвержены наибольшему вниманию американских оккупационных войск и прошли более тщательную чистку от японского милитаризма).

Учитель лишен беспокойства о привлечении студентов и даже их удержании. Он может быть настолько тверд и жесток, насколько пожелает, и все равно продолжит получать зарплату от попечителей додзе. В число попечителей додзе Есинкан входила корпорация Сасакава , которая была известна своими традиционными, если не ультра-националистскими, симпатиями. Сам Сасакава был заключен в тюрьму под категорией А военных преступников с 1945 по 1948 гг.

И Канчо и его отец были членами ультра-националистского общества Черный Дракон, секретной довоенной группировки, к которой также принадлежал Сасакава. Настойчивость на "Духе" в Есинкан айкидо произошло из того же филосовского обоснования, что и ультра-националисты, хотя указанием, со времен войны, стало сделать "Дух" личным стремлением, а не националистическим идеалом. Канчо, я уверен, был не очень заинтересован в политике, но его мышление больше склонялось вправо, чем влево. Если полиции требовался кто-то для наполнения ее офицеров "Духом", айкидо Есинкан - было совершенным орудием, с его довоенной националистической репутацией и послевоенным успехом в качестве жесткого и методичного боевого искусства.

"Дух" тогда был довольно недавним культурным приобретением в изучении айкидо. В отличие от разнообразных школ искусства боя на мечах, айкидо, до конца девятнадцатого века, было в основном секретной формой дзю-дзюцу. Оно передавалось по наследству в знатных семьях, преподавалось только верным слугам и сыновьям аристократов. Ямато Дамаши, Дух Японии, был широко распространенной культурной идеей на протяжении всей истории существования Японии, но был введен в айкидо в националистическую эпоху 1920-30х. Даже тогда это было только айкидо Есинкан, которое поддерживало эту связь, Другие формы айкидо отражали филосовские верования их ведущих мастеров. Уесиба, отец-основатель современного айкидо, в большей мере объединил его айкидо с экцентричным религиозным культом Омото. Томики, который учредил "спортивное" айкидо, был более подвержен влиянию педагогической системы департамента образования Университета Васеда. Только Канчо придерживался истинному довоенному представлению "Духа". Обучению "Духу" и был посвящен курс сеншусей.

Моя физическая форма улучшилась за последнее время занятий айкидо Я дополнил это, став членом дорогого спорт-клуба, заполненного женщинами в эротично обтягивающих спортивных брючках и беговыми дорожками. Хотя накачивание мышц и считается большинством серьезных айкидок пустой тратой времени, тем не менее я чувствовал себя лучше с чуть большим количеством мышц. Я тренировал падения на пористых гимнастических покрытиях. Падения, как я полагал, будут представлять проблему. Я мог делать кувырок вперед, но падение, вроде кувырка вперед в воздухе, было для меня сложно освоить. Все говорили, что если ты не можешь падать до начала курса, у тебя будут серьезные трудности, потому что тренировка требует выполнения большого количества падений. И если ты не сможешь падать из броска, то получишь конкретную взбучку.

Я начал бегать, выбегая из Фуджи Хайтс рано вечером, пробегая мимо железнодорожных путей до ближайшего парка Шакуджикоен. Я оббегал вокруг озера в парке несколько раз, высматривая каймана, которого там заметило местное телевиденье. Я так его и не увидел. Как и не увидел утку с арбалетной стрелой, застрявшей в шее, еще одного недавнего беженца по данным прессы.
...

Было сложно сравнивать себя с теми иностранцами, которые сейчас проходили курс сеншусей. Я не знал как они выглядели до начала курса. Сейчас, в середине, они все казались очень сильными и физически развитыми. Только Ник, англичанин, которого, как я видел, запугивал Мастард, был настолько неловким, что все еще делал странные ошибки в базовых движениях.

Студенты сеншусей избегали говорить с обычными учениками и сидели мрачные и неулыбчивые в раздевалке между занятиями. Я видел их только после занятий. Они все выглядели молодо с тонкими жилистыми телами. У одного из них была челка как у попугая Kакаду, что казалось весьма скандальным для гражданского копа, но, возможно, она большую часть времени была скрыта под шлемом.

Я знал, что если бы я начал курс, то уже не смог бы бросить. Слишком большой был бы удар по моей гордости.
...

Я задумался об остальной моей жизни. Что мне было терять? В конце концов это было всего лишь на год. Если сравнение возможно, то эквивалент начальной подготовки в школе Тессю занимал три года. С течением месяцев я развил в себе ощущение неизбежности. Я говорил об этом так много, медитировал над вероятными травмами, промывал себе мозги идеей, что курс был единственным способом моего реального прогресса в боевых искусствах. Большое решение постепенно растворилось в месяцах агонии подсознательного процесса самоубеждения в собственных способностях. Когда я заплатил деньги и отдал все формы, включая одну, где взял на себя всю ответственность за возможные повреждения и летальный исход, это вовсе не казалось таким уж большим делом.

Когда бы меня не видел Мастард, он начинал посмеиваться надо мной и приговаривать: "Ты - мой! Ты- мой!", что очевидно должно было послужить мне предупреждением.

За три месяца до начала курса сеншусей была устроена "интернациональная вечеринка". Все иностранцы, которые занимались айкидо в додзе и японский состав участвовали в ней. Я разговаривал с Ником, который решил бросить курс за два месяца до окончания. У него было печальное лицо и он нервно тушил сигареты о кусок дыни. Под стрессом у Ника развилась астма. Во время занятия в режиме "хаджиме" (постоянная тренировка без отдыха) с японским учителем, который обладал репутацией безжалостного, у Ника началась гипервентиляция. Учитель заметил, что Ник перестал тренироваться, подошел и начал орать на нeгo. А потом ударил его по лицу.

Ник сказал мне: "Я действительно испугался. Я говорю о том, что это Япония. Я совершенно не знал, что он собирался сделать. Он мог сделать что угодно..."
После того как учитель ударил его, он заставил Ника сделать несколько серий вездесущих "кроличьих прыжков" (усаги тоби - стандартное наказание в Японии, упраженения, которые типично по-японски выглядят мило и глупо, но на самом деле требуют больший усилий). Сейчас усаги тоби запрещены в японских высших школах в качестве наказаний из-за летальных исходов. Вероятно они также не являются и лучшим лекарством от гипервентиляции. Это привело Ника в крайне напряженное состояние. Беременность его девушки стала последней каплей, он оставил курс и уехал из Японии.

Другой учитель, Сиода-младший, сын основателя, славился особой жесткостью в отношении к неяпонцам. Поговаривали, что это был результат его вынужденного трехлетнего проживания в Англии в 1980-е, куда отправил его отец, в то время закладывавший фундамент для своих международных связей. В те годы молодому Сиоде Англия показалась жалким местом. Молодые женщины, вероятно, смеялись над его чудным и исковерканным английским. И как его литературный предшественник Натсуме Сосеки, он тосковал в холодном и мокром английском климате.

Говорили, что из-за неприятных английских воспоминаний, его вендетта против гайдзинов, была особенно заметна в отношении англичан.

Все это казалось слишком нелепым, чтобы быть правдой, но когда он подошел ко мне на зимней вечеринке в додзе, его манера общения была необоснованно агрессивной, хотя английский очень хорошим. Сo cвоим монотонным, но почти истеричным допросом, Сиода-младший в свои 43 года, показался мне исключительным воплощением садистского офицера японской армии 1941 года.

- Почему ты ты решил учиться на курсе сеншусей? - вопрошал он.
- Я очень интересуюсь японской культурой и верю, что айкидо хорошо воспитывает Дух, - был дан стандартный ответ.
- Ага, Японский Дух. Это очень важно. - Он уставился на меня с вызовом, - Японский Дух - самая важная вещь!
- Японский Дух - очень интересен, - сказал я.
Он коротко кивнул и ушел.

- Ты ему понравился,- сказала мускулистая израильская девушка, сидевшая рядом.
Как и многие из бывших израильских военных, она перекочевала в боевые искусства и столь же умело использовала ругательства, как и остальные мужчины.
- С чего ты взяла?
- Потому что он улыбнулся.
- Он не улыбался.
- Если не считать садистский смех, то самое близкое к улыбке - это когда он кивает. Кивок - это улыбка. Поверь мне, если ты ему не понравишься, то ты это действительно поймешь.

Адам, другой будущий сеншусей, тоже на той вечеринке прошел через допрос Сиоды. - Какой неприятный парень, - сказал он, слегка показав головой в сторону Сиоды-младшего, который в тот момент сидел.
- Он сказал мне, что я слишком полный для занятия айкидо.
- Ты немного полноват.
- Я знаю, но я о том как он это сказал; так словно он думал освежевать меня и зажаpить на обед. В нем есть что-то людоедское.

После сидячей части вечеринки мы переместились в ночной клуб в Шинджуку сан-Чоме, квартал красных фонарей в Токио. По пути к станции Оямада-сенсей, схватив Майка "Толстяка" Стумпела за голову и выполнив движение айкидо, засунул его в живую изгородь. Толстяк был сеншусеем и со своими 6,2 футами (189 см - прим. пер.) серьезно возвышался над Оямадой. Но Оямада был учителем, поэтому Толстяк мог только кротко улыбаться. Я обратил внимание, что весь остаток вечера он вынимал из ушей ошметки кустарника.

В ночном клубе - дискотеке в стиле регги под названием "МС 1000" - я впервые познакомился с Роландом "Терминатором" Томсоном, австралийцем шотландского и ирландского происхождения с примесью китайской и аборигенной крови для ровного счета. Он был известен как единственный человек, который смог противостоять болевому контролю никадзе, выполненному Канчо. Его звали "Терминатором" потому, что после одного занятия с ним ты, как нам сказали, чувствовал, что тебе пришел конец и не хотел уже продолжать. Я, по простоте душевной, спросил, есть ли у него совет для новичка. Роланд рассмеялся с издевательской иронией, что меня совершенно смутило. Он был моим ровесником, но с его рыжими волосами и изрытым оспой лицом в форме картофелины, покатыми плечами, большими запястьями и шести-футовым телосложением, он казался старше, безобразнее и бесконечно круче. У него было тихое и очаровательно рассеянное поведение в трезвом состоянии. После нескольких стаканов он становился жестче, грубее и более опасным.

Нынешние студенты курса сеншусей поделились своими советами. Майк "Шип" Кимеда, наполовину канадец, наполовину японец, отец которого был известным учителем айкидо в Торонто, сказал: "Обеспечь, чтобы всегда был кто-то, кто хуже тебя. Это твоя страховка. Если кто и сломается, то это будет парень снизу, а не ты".

"Толстяк" Стумпел, другой канадец, сказал мне: "Ты не можешь подготовиться к курсу. Он задуман так, чтобы подтолкнуть тебя дальше, чтобы ты мог двигаться сам по себе. Ты не можешь подготовиться так, чтобы делать шестьсот подъемов корпуса или час джувазы, практики против любой возможной атаки, которая истощает после нескольких минут."

Оба,и  Толстяк и Шип должны были стать ассистентами (севанинами) на моем будущем курсе. На самом верху был учитель, затем шел шидоин, затем севанин и в самом низу студенты сеншусей. Все издевались над уровнем ниже их, а над студентами сеншусей издевались все.

Джон Коффей, американец и еще один крепкий парень (он был третьим даном и закончил курс три года назад (его брат - Пол Коффей - был ведущим хоккейным игроком), говорил мягче и имел более филосовский подход. Он посмотрел на меня взглядом Марлона Брандо в фильме Апокалипсис сегодня. "Я помню, что после окончания курса я пошел в горы к так называемым отшельникам. Это были Дзен-буддисты, вся атмосфера была очень сдержанной и даже суровой. Нам давали очень мало еды и лишали сна. Мы стояли под ледяными водопадами - и все в том же духе. Через несколько дней я стоял в этой ледяной воде и вдруг меня накрыло осознание. Внезапно я понял, что мое тело было дерьмом. Это не было моим мнением - я просто это знал. Всего лишь дерьмом, мусором, а вовсе ни чем особенным. И знай я это до начала курса, многие вещи были бы... проще." Он улыбнулся и я заметил разные маленькие шрамы на его лице.

Я решил уйти от запахов и шума ночного клуба. Мне нужен был свежий воздух. Много свежего воздуха. Как только я торопливо попрощался, Роланд зафиксировал на мне взгляд своих серых водянистых глаз. "Опасная вещь это айкидо. С айкидо ты можешь убивать людей." Он не улыбался. "Спасибо, Роланд, - сказал я и поспешил к выходу, раздумывая почему собственно мне хотелось стать таким же как они.

 <<      Предыдущая            3      4      5      6      7     8     9a      9b      10a    10b      11     Следующая      >> 

К началу страницы
сенсей,тренер
Разработка web-сайтов, web-дизайн, решения интернет-бизнеса, системы управления контентом. Киев, Украинастатьи,книги,видео
Главная
Базовые положения
Броски, удержания
Захваты, атаки
Тесты на Кю и Дан
Страничка инструктора
Книги, видео
Юмор
Ссылки
Copyright © 2009 dojo.in.ua. При использовании материалов ссылка на сайт http://dojo.in.ua обязательна!
Этот сайт виртуальное додзе создан в подборка видео помощь занимающимся история Айкидо Айкидо Есинкан стили Айкидо для лучшего выкройка кимоно и хакамы понимания и как одевать и складывать хакаму систематизации полученных как завязывать пояс на тренировках виртуальное додзе знаний. Простота подборка видео и наглядность история Айкидо главное к стили Айкидо чему мы выкройка кимоно и хакамы стремились поэтому как одевать и складывать хакаму на сайте как завязывать пояс много обучающих виртуальное додзе видеороликов. Вы подборка видео можете посмотреть история Айкидо любую технику стили Айкидо в исполнении выкройка кимоно и хакамы ведущих мастеров как одевать и складывать хакаму айкидо для как завязывать пояс наглядности ролики виртуальное додзе отсортированы по подборка видео броскам / история Айкидо удержаниям и стили Айкидо по захватам выкройка кимоно и хакамы / атакам. как одевать и складывать хакаму Статьи о как завязывать пояс истории айкидо виртуальное додзе о направлении подборка видео айкидо Есинкан история Айкидо биографии Морихея стили Айкидо Уесибы и выкройка кимоно и хакамы Годзо Сиоды как одевать и складывать хакаму о разнообразных как завязывать пояс стилях айкидо. виртуальное додзе Много фото подборка видео и исторических история Айкидо видеокадров с стили Айкидо Морихеем Уесибой. выкройка кимоно и хакамы А также. как одевать и складывать хакаму Как одевать как завязывать пояс и складывать виртуальное додзе кимоно и подборка видео хакама. Выкройка история Айкидо кимоно и стили Айкидо хакамы а выкройка кимоно и хакамы также рекомендации как одевать и складывать хакаму по шитью как завязывать пояс хакамы. Словарь виртуальное додзе терминов правила подборка видео образования названий история Айкидо приемов и стили Айкидо правила японской выкройка кимоно и хакамы транслитерации.