aikido dojo
О нас| Контакты| |In English
aikidoвиртуальноедодзе

Книги, видео

Книги по Айкидо Статьи про Айкидо Словарь терминов (файл pdf) О японской транслитерации
OSMAS.com.ua - Школа боевых искусств Александра Синегуба. Занятия Айкидо, Иайдо, рукопашного боя. Статьи о единоборствах, фото, видео, история. Расписание занятий. Контакты. Итернет магазин
Айкидо Есинкан. Додзе Киев МисогиРазработка web-сайтов, web-дизайн, решения интернет-бизнеса, системы управления контентом. Киев, Украина
Locations of visitors to this page
Вернуться к списку книг

Злые белые пижамы

Роберт Твиггер

1 Настоящий мужчина в эпоху Hинтендо
2 Взгляд новичка
3 Общение с людоедами
4 С пеной у рта
5 Полицейская Академия
6 Дзен и Искусство быть очень-очень злым
7 Вызов
8 Хороший полицейский, плохой полицейский
9a Самое жаркое лето с 1963-го (начало)
9b Самое жаркое лето с 1963-го
(окончание)
10a Драка на похоронах (начало)
10b Драка на похоронах (окончание)
11 Плохие парни со стильными прическами


Вызов

Я против моего брата.
Я и мой брат против моего соседа.
Моя деревня против твоей деревни.
Мой город против твоего города.
Моя страна против твоей страны.
                                 Пересказ персийской поговорки Толстым Фрэнком

Если, столкнувшись с неприятностями, человек смажет мочку уха слюной и глубоко выдохнет через нос, он легко справится с ними. Это средство следует держать втайне от других. Более того, если человеку в голову прилила кровь,
и онсмажет слюной верхнюю часть уха, скоро к нему вернется спокойное расположение духа.
                               Хагакуре
...
Младший Cиода вел занятие - Cиода Жестокий, Cиода Мелкий, Cиода Ненавистный. Он учил нас всего пару раз, и уже все его боялись и не любили. Мы знали, что Чида Великий не ладил с ним, и с приближающейся смертью Канчо-сенсея, все занимали стороны в финальной "борьбе за наследство". А теперь его сын собирался провести у нас первое занятие "хаджиме".

"Хаджиме" на японском просто означает "начинайте", но для сеншусеев это слово имеет особенно жуткий оттенок. Тренировка хаджиме представляла собой выполнение техники с максимальной скоростью снова, снова и снова.


Все техники в айкидо выполняются в парах. Когда первая пара заканчивает выполнение, учитель командует хаджиме и все должны начинать снова. Это означает, что самые медленные все больше и больше отстают и не могут извлечь пользу из установленного ритма. Если вы заканчиваете первым, то вам иногда удается получить микросекунду отдыха между тем, как вы закончили, и когда учитель это заметил. Именно из-за этого и возникала мотивация закончить первым.

Мы все слышали об ужасах тренировок хаджиме - людей рвало, они теряли сознание, изнемогали от перегрева, в общем все то, что предыдущее поколение говорит вам, чтобы напугать.

"Хаджиме", "Хаджиме", "Хаджиме". Двенадцать пар мужчин в додзе бьющих, хватающих, кружащих и выполняющих технику, завершающую удар в голову - не стоит даже упоминать о непрекращающихся криках.

Технику, которую Сиода специально подобрал для этой тренировки хаджиме, была катате мочи шихонаге - наиболее известная нейтрализующая техника в айкидо. Именно ее Крис воспроизводил по книге в Фуджи Хайтс еще до того, как мы начали заниматься. У Уесибы был студент, который практиковался только в шихонаге. Уесиба сказал "Все айкидо заключено в шихонаге", что мне кажется означает, что все принципы движения тела в айкидо показаны в этой технике.

Базовая форма обманчиво проста. Когда ваше запястье захватывают, вы вместо того, чтобы освободиться, закрепляете захват и в это время сами ныряете под его руку и поворачиваетесь так, что его рука изгибается ему за плечо. После этого вы можете либо выполнить бросок, либо уложить его на землю. Мы делали самую базовую форму, когда в конце вы кладете партнера на спину.

Сиода спешно продемонстрировал технику на своем помощнике, приведя его вниз на землю с жутким глухим стуком. Помощник выполнил высокое падение с хлопком вытянутой рукой о татами.

Если шихонаге выполняется достаточно быстро, то можно вырубить атакующего, сильно ударив его головой об пол. В додзе обучают специальному высокому падению, чтобы можно было скомпенсировать большую часть повреждения техникой. Конечно, Сиода не показал нам важные моменты высокого падения, он просто сказал нам приступить к практике.

Практика после одной демонстрации - это старая методика обучения боевым искусствам. Честолюбивый ученик должен был уметь быстро улавливать секрет техники, потому что повторения ожидать не приходилось. Уесиба использовал этот метод: когда он бродил по додзе, он не критиковал студентов, а просто поздравлял их с тем, что у них так хорошо получалось. Сиода младший опустил поздравительную часть. После показа техники он бродил вокруг, насмехаясь над нашими попытками.

Перед началом курса я прошел инструктаж Стива, дружелюбного австралийца, который начинал тот же полицейский курс, что и Пол. После шести недель он бросил курс с опухшими, всеми в синяках, руками и травмами от неправильно выполненного высокого из шихонаге. Я уговорил его научить меня правильному падению и был благодарен ему за то, что обучился до этого занятия с бесконечно повторяющейся техникой.

В то же время я не знал, что единственная недавняя смерть в додзе случилась во время тренировки шихонаге.

Во время занятий на обычном занятии японский студент, женатый человек сорока лет, сообщил учителю о своей головной боли. Учитель сказал ему продолжать тренировку. В конце занятия студент остался на мате. Его партнер выглядел пристыженным и ни один из суровых комментариев со стороны учителя не мог поднять ленивого ученика с мата. Он умер от кровоизлияния в мозг, полученного при ударе затылком о мат во время приведения его к полу.
Реакция его жены по западным стандартам была весьма необычной. Она не выразила ни единой жалобы, только радость от того, что он умер в додзе, "месте, которое он он так сильно любил".

После того как мы оттренировали шихонаге в течение какого-то времени, Сиода объявил, что последние двадцать минут мы будем выполнять технику в стиле хаджиме.

Мы начали работать с рвением. Бешенный Пес, как я заметил краем глаза, получал побои от Маленького Ника и его глаза выпучились от бравады Бешенного Пса. Они не только выполняли технику быстро, но еще и старались выполнить ее хорошо. Ничего подобного не пришло в голову Рэму и мне во время нашей работы. Запутавшись в летающих конечностях и резких шлепках на мат, мы торопились, не волнуясь, насколько наша техника эффективна.

Я начал уставать. Небрежно уставать. Это такая усталость, когда ты начинаешь чрезвычайно снижать темп, но веришь, что работаешь так же быстро, как и раньше. В прошлом у меня это проявлялось во время бега - ты незаметно замедляешься до неуклюжей хромоты, но по ощущениям ты все еще прикладываешь усилия. Часы неожиданно приобрели подавляющую важность. Но с моего места, где я находился, моя близорукость превращала циферблат в расплывчатое пятно. Я не хотел щуриться, дабы не злить учителя. Так что мы продолжали пахать, перетаскивая свои конечности словно старые деревяшки, хрипя и потея повсюду.

Затем прозвучала команда остановиться. Мы все во внимание встали в стойку камае: руки перед собой в защитном положении, немного переведя вес на переднюю ногу. Это было начальным и конечным положением для всех техник.

Но эта камае отличалась от обычной. Люди дрожали и тряслись в физическом истощении. Пот капал в огромные лужи на полу. Бешенный Пес казалось всхлипывал.
Мы совершили поклон, прошли по стандартному кругу с "оос" и похромали к месту, где хранились метлы.
...

После тренировки хаджиме или вообще после занятий этим летом, мы выпивали по 2-3 литра жидкости. Сеншусеи любили покупать порошковый "Покари Свэт" - это подходящее имя носил японский спортивный напиток - и смешивали его с водой из-под крана в двухлитровой бутылке. После очередной тренировки вся жидкость успевала выйти с потом и приходилось снова выпивать следующие три литра. В летней жаре люди выпивали и снова теряли с потом около шести литров в день. Уровень мочи сохранялся в норме - все выходило в виде пота.

Когда я был в паре с Сато на тренировке хаджиме, которого я никогда не видел потеющим, и чья техника была динамичной и сильной, я сильно переживал, что скоро будет моя очередь потерять сознание. Он продолжал работать без остановки, как машина или неутомимая белка в колесе, а я становился слабее и слабее. Мои удары становились жалкими извинениями за жестокость. Мои легкие разрывались в поисках кислорода.

А затем я увидел это на кончике его носа. Капелька пота. Сато потел. Я торжествовал. Откуда-то взялось второе дыхание. Моя техника выправилась. Теперь я чувствовал, что Сато тоже уставал, меньше чем я, но он прилагал усилия как всякий нормальный человек. В конце занятия Сато выдал мне свой обычный отрывистый поклон. Потом он улыбнулся, вытирая пот с кончика своего носа.
...

Я всегда ненавидел кувырки вперед, даже будучи ребенком. Это было одной из причин, почему я не пошел в дзюдо. Вместе со стойкой на руках, они входили в число ненавистных мне гимнастических упражнений. Желание перевернуть тело вверх тормашками мне казалось слишком неестественным. Что для меня было естественным, так это желание защитить голову, не подвергая ее опасности посредством выполнения противоречащих гравитации маневров.

Но в айкидо кувырков вперед избежать невозможно. И после того как ты станешь экспертом в кувырках, ты должен дойти до варианта "высокого падения". Это аналогично кувырку вперед за исключением того, что в начале тебе не нужно использовать руки (или руку) для приземления. Ты бросаешь тело вперед, переворачиваешься в воздухе и приземляешься на одну половину спины и плечо. "Это как большой банан, падающий на пол" - сказал Пол, и я представил огромные желтые надувные бананы, которыми английские футбольные фанаты размахивали на трибунах.

Вместо большого банана, я чувствовал себя больше похожим на кирпичную башню, переворачивающую себя, с грохотом обрушивающуюся на землю и поднимающую тучу пыли. Когда спина ударяется о землю, одну руку нужно вытянуть и шлепнуть по мату для сокращения удара тела. Эффективность шлепка полностью зависела от его своевременности, а у меня как раз с этим было плохо.

Высокое - один из ключевых моментов в айкидо Есинкан. Иногда, когда тебя бросают слишком жестко и слишком быстро, нет времени сделать безопасный прямой кувырок. А в некоторых техниках, в бросках за запястье, например, если ты не сделаешь высокого, твое запястье или предплечье или ключица будут сломаны.

У Торчка, большого неуклюжего полицейского с тоскливым выражением лица, чьи одеревенелые и упертые движения обеспечивали разнообразные насмешки учителей и коллег-иностранцев, были реальные проблемы с кувырками. Он переворачивался и обрушивался вниз так, что весь пружинный пол додзе начинал вибрировать. Смотреть на это было больно.

Сакума и Бэн тоже переживали трудности, но когда дело касалось высоких падений, я был наибольшим болваном в группе.

Я не мог понять смысл высокого. Я мог выполнить его один раз, но и тот получался несуразно деревянным, слишком быстрым и отдавался дикой болью в теле, когда я ударялся об мат. Я застрял в черной полосе. Из-за того, что мне не нравились высокие, я делал их слишком быстро, что нарушало своевременность шлепка рукой и падения. Из-за того, что я боялся быть в положении вверх тормашками, я старался нырять как можно ближе к мату. Иногда возникало ощущение словно я пытался нырнуть под мат. Но чем ближе ты к мату, тем сложнее безопасно приземлиться. Казалось совершенно несправедливым то, что правильное решение шло против интуиции, то есть что для безопасности нужно было быть как можно выше над полом. Что касалось меня, то я часто оказывался настолько близко к нему, что мог почувствовать, как мои волосы задевают мат во время переворота. Неприятная мысль - а что если бы моя голова оказалась на несколько сантиметров ниже? Она могла бы застрять и совсем оторваться. Думать об этом мне не нравилось, но это было необходимо. Невозможно было избежать падений, потому что все новые сложные техники требовали высокого падения для избежания травмы при броске. Именно высокое давало айкидо гимнастическую привлекательность. Благодаря высокому айкидо выглядело сложным по простой причине - высокое было сложным. С первого дня я понимал, что это будет проблемой. Моей собственной маленькой проблемой. Моим крестом. Моей ношей. Было странно, насколько быстро я понимал, смогу ли я выполнить какую-то технику еще до того, как попробовал бы. Всего лишь наблюдая, как другие выполняют техники на коленях, я знал, что они не будут представлять никаких проблем. Да, я думал, что смогу их сделать.

Но с высокими было по-другому. И чем больше меня обхаживали, советовали, ругали, орали, тем хуже становилось. С увеличением у меня количества синяков и побоев, которым я подвергался, я начал терять способность сделать приличным образом хотя бы простой кувырок вперед и его старшего брата ныряющий кувырок вперед.

Проблемы начались с Оямады. ... Он был единственным учителем, который не прошел через программу сеншусей. Некоторые говорили, что именно это сделало его таким жестким по отношению к сеншусеям. Конечно его занятия были образцом скуки, его любимым методом обучения были повторения до тех пор пока не пройдут полтора часа.

Оямада выстроил нас вдоль одной стены додзе и приказал делать непрерывные кувырки вперед до противоположной стены. А потом обратно. И снова обратно. По началу было весело. Приятный перерыв среди тяжелого физического истощения, но потом стало очевидно, что он собирался продержать нас на этом упражнении до конца занятия.

Через десять минут я был покрыт серьезными синяками на костных шишках, кончиках подвздошных костей, которые немного выдаются с каждой стороны от поясничного позвонка, немного над ягодицами. За следующие одиннадцать месяцев эти синяки не сходили ни разу. На косточках слоями нарос кальций, что только ухудшило ситуацию. Иногда они отекали, иногда казалось что они исчезли и потом, когда ты падал на одну из них, то понимал, что все на месте.

Уилл окрестил их "шишечками" и имя прилипло. Это была травма специфичная для студентов курса сеншусей - рожденная в комбинации твердых матов и чрезмерных тренировок - и нечто совершенно непонятное для обычных студентов. Как нашивка за ранение или Пурпурное Сердце, это можно было получить, только вступив в бой.

У некоторых шишечки были настолько болезненными, что им приходилось прибегать к акупунктуре, чтобы избавиться от боли, другие же изобретали забавные и в целом опасные техники падения в отчаянной попытке приземлиться на что угодно, кроме двух чувствительных мест.
"Ты должен быть осторожнее, - сказал Пол, - потому что иногда кость может получить заражение."
Зараженные шишечки! Что могло быть хуже? В нашей тесной вселенной из четырех стен и сотни твердых матов я не смог представить ничего хуже зараженной шишечки.

Оямада был рабом болезненных падений, но Роберт Мастард был тем, кто привел меня к окончательной потере понимания о том, как сделать высокое легко и грациозно.
"Так, ребята, несите маты."
Мы бежали в угол додзе, подбирали два матрасоподобных мата, которые предназначались для обучения высоким падениям.

Мы выстраивались и Мастард или Толстяк хватали тебя за руку, и ты должен был сделатъ высокое. "Хорошо. Хорошо. Хорошо. Плохо." - в процессе комментировал Мастард. Для меня всегда было "Плохо". Возможно, это был его способ ободрения для меня. НО эффект был противоположным. Я начинал мечтать о магических словах: "Хорошо, ребята, несите маты на место".

Мы постепенно привыкли к броскам, и однажды днем Мастард сказал "Давайте повеселимся".
Он взял дзе с полки на стене, где находились деревянные мечи и ножи. Дзе - это палка из твердого дерева, примерно таких же габаритов как и толстая палка для швабры. Полицейские в аэропорте Нарита вооружены дзе, многоцелевым инструментом для фехтования, дубинкой и жуткой колющей палкой, хотя я заметил, что они еще имеют при себе пистолеты.

Мастард стоял на мате и приказал первому ученику схватить конец дзе. Затем он дернул дзе вверх и вперед, чтобы выполнить бросок. Отпуская захват ученик перевернулся в воздухе и приземлился на мягкий мат.

Я ожидал проблему на этапе отпускания захвата. Если это сделать слишком рано, то будет видно, что захват несерьезный. Если слишком поздно, то у меня не будет свободной руки для компенсации падения.

В итоге я настолько сконцентрировался на палке, что мое высокое оказалось недоделано безжизненным. Я зацепился головой за мат в момент переворота. Послышался тошнотворный хруст в моей шее, которая свернулась набок. На секунду меня покинуло сознание. Потом я понял, что должен встать. На трясущихся коленях я вернулся в очередь выполняющих падение.

"Сломаешь шею и вылетишь с курса!" - проорал Мастард с места, что он занимал с дзе. Затем он подошел ко мне и поднял палец.
- Сколько пальцев?
- Один.
- Ты в порядке, - сказал он.
Я не чувствовал, что был в порядке. Я порвал шейную мышцу. Что было еще хуже, моя уверенность упала ниже обычного.
- Ты подпрыгнул как раз на макушке головы, - прошептал Адам из очереди, - Это выглядело несколько жутко.

Я был рад, что Мастард сказал нам убрать маты до того, как до меня снова дошла очередь. Это было хорошо, потому что я начинал думать, что он дожидался меня. Когда он объявил, что едет домой в Канаду, я немного надеялся, что он не вернется.

С ныряющими падениями мне повезло больше. Четыре или пять людей пригибались, сидя рядом, и ты должен был бежать и нырять через них. Это был сложный трюк, и даже чудотворец Сато однажды свалился на последнего сидящего. Я видел его трясущуюся в неверии голову, когда он поднимался на ноги.

Моя техника заключалась в том, чтобы бежать как при пожаре, издать воинственный клич и надеяться, что последний пригнувшийся не будет возражать, когда я свалюсь ему на спину. Но даже я иногда умудрялся обходить препятствия.

Я постоянно чувствовал себя побитым, но пока не получил ни одной травмы. Кроме Хромого с его локтем, полицейские тоже выдерживали чистый лист по части здоровья, то же самое касалось других иностранных сеншусеев.

Первым человеком, получившим перелом, был Дэнни, это случилось во время занятия, на котором мы постоянно делали высокое. Он неловко приземлился и сломал палец на ноге, маленькая, но болезненная косточка для перелома.

По дороге в додзе в то утро я успел попасть в небольшую аварию, врезавшись на велосипеде в скутер, что было неким предупреждением, что дальше дела пойдут хуже.
С тех пор как перед курсом я перечитал военные мемуары Роберта Грэйвса, чтобы не выпускать ничего из виду, я начал твердо верить в выполнение своеобразных ритуалов для отражения зла. В одном случае из книги солдат делает наглый комментарий и все "стучат по дереву", за исключением бедняги, который был убит.

Я объяснял себе и другим, что стук по дереву просто концентрирует сознание на потенциальной угрозе и по сути всего лишь является техникой для повышения осознанности. На чисто психологическом уровне я обнаружил, что стук по дереву разряжает тревожное состояние о том, что я предсказал или сказал, не подумав. Если такой тревоге позволить себя терзать, я полагал, что могу пострадать от болезненного исполнения желания, исполнения желания о смерти, если хотите.

Но суеверие могло зайти слишком далеко, и я начинал раздавать крепкие шлепки придорожным деревьям, проезжая мимо них на велосипеде.
После моего едва не произошедшего дорожного происшествия на велосипеде, у меня сохранилось ощущение беспокойства. Я подъехал к додзе и немедленно постучал по деревянному столбу ограды. Я услышал шаги и посмотрел по сторонам, чтобы увидеть, не заметил ли кто меня. Это был Бэн. Не страшно, я признался в своей слабости Бэну.

"Нам надо быть поосторожнее сегодня, - сказал я. - У меня плохое предчувствие и мы сегодня делаем котегаеши."

В этой технике кисть атакующего заламывается назад за предплечье в сторону, а не за плечо. Если продолжать заламывать чью-то кисть таким образом, то запястье в конце концов сломается, если атакующий на этом этапе превращающийся в защищающегося не выполнит высокое падение. Таким образом рука раскручивается и человек оказывается на спине на полу.

На первом занятии я практически забыл собственный совет действовать аккуратно, когда услышал сдавленный крик со стороны, где тренировался Бэн и Дэнни. Я огляделся. Дэнни лежал на полу. Пытаясь не упасть на "шишечку", он зацепился пальцем ноги за свою брючину. Его быстро отнесли в сторону. Пол сказал нам продолжать тренировку. Я услышал, как он говорил, стоя в стороне: "Я вправлю без проблем - это не перелом, просто вывих".

Бэн умудрился убедить Пола позволить ему отвезти Дэнни к доктору до попытки применения такой решительной меры самолечения. Пол все еще убежденный, что перелома нет, с неохотой удержал себя от вправления кости в сустав. Он согласился, что они должны отправиться в хирургию, располагавшуюся непосредственно возле додзе. Мне это показалось немного жутким и в то же время по своему обнадеживающим. К счастью у Дэнни была медицинская страховка.

- Это всего лишь палец, - сказал я, - Это не вопрос жизни и смерти или что-то в этом роде.
- Если бы это было что-то более серьезное, я бы еще больше волновался. Это показывает, что им все равно, - горячился Бэн, - Я тебе говорю: если со мной что случится, держи меня подальше от учителей - просто отведи меня сразу в больницу. Я даже не уверен в той хирургии рядом с нами.

Дэнни сказал мне несколькими неделями раньше, что не смог попасть в австралийскую авиационную спецслужбу из-за того, что растянул коленную связку, тренируясь к тесту. Я проследил картину. Дэнни мог бы травмироваться, чтобы был повод не заканчивать курс.

Когда ему помогали взобраться на велосипед (на котором он поехал, крутя лишь одну педаль), он сказал печально "Ребята, завтра вы меня можете не увидеть".

Стив, австралиец, который ушел с курса год назад, вернулся в город. Он зашел к нам на Фуджи Хайтс и рассказал о геологическом обзоре, которым он занимался в Лаосе. Его рассказ звучал увлекательно, в миллион раз соблазнительнее чем клаустрофобия додзе.
- У тебя получается лучше, чем я ожидал, - сказал он в своем грубом, но все же дружественном тоне.
- Спасибо, - ответил я.
- Но ты все равно бросишь, не окончив, - сказал он, делая глоток чая.
- Почему? - я был действительно шокирован.
- Потому что я бросил.
Значит, подумал я, это Вызов.

Несмотря на свое грустное прощание, Дэнни пришел на следующий день. Он прохромал в офис додзе и проинформировал миниатюрного Андо-сенсея о сломанном пальце. Выражая прозаичное сочувствие, Андо дал ему две недели на выздоровление. Конечно, он все равно должен продолжать приходить в додзе, но сидеть в кресле и наблюдать каждую тренировку.

Для сеншусеев давалось мало времени на выздоровление. Как только травма заживала, ты сразу возвращался. Если доктор прописывал перерыв на месяц, то учитель в додзе давал перерыв на неделю, или иногда поощрял тренировки с травмами. Чем больше перерыв ты брал, тем больше ты отставал и тем больше была вероятность повторной травмы при возвращении к занятиям. И если ты мог хоть как-то ходить, то тебе нужно было каждый день появляться в додзе и наблюдать все тренировки. Если травмирована была верхняя часть тела, то нужно было сидеть в сейза каждую тренировку. Это четыре с половиной часа сейза каждый день, что само по себе достаточно, чтобы получить травму.

Если травмирована была нижняя часть тела, то сейза не требовалась, но был специальных способ сидения на кресле для сеншусеев (спина прямо, ступни вместе - не перекрещены и ровно расположены на полу) и этот способ сидения не способствовал восстановке сил.

Жесткая политика по травмам сеншусеев была еще одним традиционным способом "развивать дух". Идея заключалась в том, чтобы создать бойцов, которые могли бы исполнить долг вне зависимости от состояния тела. Целью было сломать субъективную связь между тем, как ты себя ощущаешь и как действуешь. Более того, ее нужно было подменить на определенную цель и достижение этой цели, используя тело, вместо того, чтобы позволить телу диктовать, какой должна быть цель. Если вы идете спать, когда ваше тело чувствует усталость; едите, когда чувствуете голод; или деретесь, когда чувствуете злость, ваше тело диктует цель, а не наоборот.

Когда мы начинали курс, Толстяк спросил каждого из сеншусеев о прошлых травмах. Многие это восприняли как возможность "похвастаться шрамами", Адам со всеми его многочисленными признаками бурной молодости, проведенной на скейтборде, выдал все. Только Рэм спросил причину вопроса. "Для того, чтобы учителя знали, где могут быть ваши слабые стороны и в чем могут быть ваши ограничения, и как далеко они могут вас подтолкнуть" - был ответ. Неспособность Адама сидеть спокойно была отчасти санкционирована его балладой о переломе колена в пятнадцатилетнем возрасте. Рэм сказал: "Что касается этого курса, у меня нет старых травм, о которых я мог бы рассказать". Теперь я понимал, что это была лучшая политика, признание старых травм всегда было путем для отступления. Рэм себе его не позволил.
...

Толстый Фрэнк и Крис все так же тренировались каждый день в додзе и медленно продвигались по пути к черному поясу. Если они продолжат регулярные "кеншу", интенсивные, регулярные тренировки на дневных занятиях, они могли бы сдавать тест на черный пояс в то же время, что и сеншусеи.

"Будет интересно посмотреть, чье айкидо лучше, - посмеивался Крис. - Я все еще не очень уверен, что ваш курс имеет отношение к айкидо, больше похоже на грубый обряд инициации или просто курс выживания."
У Толстого Фрэнка мнение было выше. "Не думаю, что я бы смог мириться с дерьмом так, как это делаете вы, ребята".

Толстый Фрэнк все еще не нашел работы и проводил много времени за стиркой доги и одежды в стиральной машинке. В один день случилась небольшая трагедия, когда его особенные иранские трусы были украдены с веревки для сушки белья. Мы догадались, что их украли, потому что внезапно в квартире загорелся свет. Когда огромные коричневые эластичные трусы, сшитые его матерью, сушились на веревке они загораживали весь свет, поступающий в квартиру через кухонное окно. Я привык к темноте. Когда свет неожиданно появился, я помчался узнать, что случилось. Гигантских трусов как не бывало, как собственно пропал и след вора. Возможно причудливый порыв ветра сорвал огромный трепещущий кусок материи с веревки. И кроме того воровство трусов довольно распространено среди японских женщин. Я посчитал непостижимым причину того, что кто-то мог захотеть обладать такой жуткой огромной парой коричневого иранского нижнего белья.
Крис выразился довольно нетактично по поводу этого происшествия. "По крайней мере теперь я могу читать, не включая свет", - сказал он.

Несмотря на то, что Крис вел себя как наша "мамочка", Крис был основным кормильцем в Фуджи Хайтс... Он решил забросить рискованный шоу-бизнес и теперь проводил долгие часы в Митсубиси, Иточу и Митсуи, обучая высокооплачиваемых интеллектуалов. В этих компаниях Крис получил работу, подготавливая тех особенных людей, которые получили продвижение по службе за рубеж, и считал это более достойным, чем обычное обучение английскому.

Работу он получил через Патрика. Когда бы мы не встретились, он спрашивал меня: "Ну и что это за штука такая, айкидо?", тогда я показывал ему несколько приемов, он говорил: "Очень хорошо, очень хорошо - в теории. Но что же делать в реальной драке?"

Непосвященные всегда вели себя одинаково. Они хотели знать, можешь ли ты "сделать" Майка Тайсона, если он не так посмотрит на тебя в баре. Иногда я объяснял, в чем ошибка этого вопроса в целом. Иногда просто говорил: "Возможно, я не смогу сделать его, но смогу выдержать приличное количество ударов".
...

 <<      Предыдущая            3      4      5      6      7     8     9a      9b      10a    10b      11     Следующая      >> 

К началу страницы
сенсей,тренер
Разработка web-сайтов, web-дизайн, решения интернет-бизнеса, системы управления контентом. Киев, Украинастатьи,книги,видео
Главная
Базовые положения
Броски, удержания
Захваты, атаки
Тесты на Кю и Дан
Страничка инструктора
Книги, видео
Юмор
Ссылки
Copyright © 2009 dojo.in.ua. При использовании материалов ссылка на сайт http://dojo.in.ua обязательна!
Этот сайт виртуальное додзе создан в подборка видео помощь занимающимся история Айкидо Айкидо Есинкан стили Айкидо для лучшего выкройка кимоно и хакамы понимания и как одевать и складывать хакаму систематизации полученных как завязывать пояс на тренировках виртуальное додзе знаний. Простота подборка видео и наглядность история Айкидо главное к стили Айкидо чему мы выкройка кимоно и хакамы стремились поэтому как одевать и складывать хакаму на сайте как завязывать пояс много обучающих виртуальное додзе видеороликов. Вы подборка видео можете посмотреть история Айкидо любую технику стили Айкидо в исполнении выкройка кимоно и хакамы ведущих мастеров как одевать и складывать хакаму айкидо для как завязывать пояс наглядности ролики виртуальное додзе отсортированы по подборка видео броскам / история Айкидо удержаниям и стили Айкидо по захватам выкройка кимоно и хакамы / атакам. как одевать и складывать хакаму Статьи о как завязывать пояс истории айкидо виртуальное додзе о направлении подборка видео айкидо Есинкан история Айкидо биографии Морихея стили Айкидо Уесибы и выкройка кимоно и хакамы Годзо Сиоды как одевать и складывать хакаму о разнообразных как завязывать пояс стилях айкидо. виртуальное додзе Много фото подборка видео и исторических история Айкидо видеокадров с стили Айкидо Морихеем Уесибой. выкройка кимоно и хакамы А также. как одевать и складывать хакаму Как одевать как завязывать пояс и складывать виртуальное додзе кимоно и подборка видео хакама. Выкройка история Айкидо кимоно и стили Айкидо хакамы а выкройка кимоно и хакамы также рекомендации как одевать и складывать хакаму по шитью как завязывать пояс хакамы. Словарь виртуальное додзе терминов правила подборка видео образования названий история Айкидо приемов и стили Айкидо правила японской выкройка кимоно и хакамы транслитерации.